TATA STUDIO

TATA STUDIO
Фильмы
Проекты
Саундтреки
Трейлеры
Фестивали
Персоналии
Пресса
Киноресурсы

Другое кино, май 2003
Интервью с Сергеем Ткачёвым

«Для меня всегда очень важен личностный момент»

Окончил РАТИ (Российскую Академию Театрального Искусства). По окончании, поставил по собственной пьесе спектакль «ВДОВА ИЛЛЮЗИОНИСТА», премьера которого состоялась в Утрехте, Голландия. (В последствии пьеса была переведена на немецкий язык и ставилась в Германии, Гермерсхайм.) Параллельно с театром, занимался кино. За небольшой период времени им было написано более десятка сценариев и пьес, почти все переведены на иностранные языки. В сотрудничестве с каналами ARTE и CANAL +. (Франция) снял фильмы «КОЛЯ+ТОНЯ+ИРА» и «ОХОТНИК И ТИГР» (продюсер Анжело Пасторе).

Принимал участие в проекте «Директория смерти» (РТР), в качестве режиссёра-постановщика трёх серий («Художник», «Ход ферзём», «Колобок»). Полнометражный игровой фильм «ЩИТ МИНЕРВЫ» является первой картиной компании «TATA STUDIO». Сам Сергей Ткачёв выступает здесь сразу в нескольких ипостасях, являясь, в том числе и одним из продюсеров фильма. Картина снята по его оригинальному сценарию и рассказывает о безумной любви популярного писателя к свой жене, (что в настоящее время звучит, наверное, как нонсенс), но, как выяснится позже, даже такое безобидное занятие ни всегда бывает безопасным для писателя. 28 мая компания «Кармен Видео» выпустит «Щит Минервы» на видео. В преддверии релиза Вадим Агапов встретился и побеседовал с Сергеем Ткачевым.

Несколько слов, о чём эта картина?

Если коротко, то это история утраченной любви и отчаянной попытки её вернуть, история одержимости любовью.

Как вы натолкнулись на рецепт «Щита Минервы»?

Он был в книге о нравах Древнего Рима. Это был не столько рецепт, сколько описание. Перечислялись редкие ингредиенты, ради которых нужно было бороздить моря и много путешествовать. Блюдо было огромным. Оно и подавалось к столу не на блюде даже, а на серебряном щите, если верить описаниям.

Древний Рим входит в число ваших постоянных интересов? Или это было случайное чтение.

Скорее, случайное. Но я бы не стал говорить о какой-то постоянной сфере интересов. Хотя журналистам так удобнее – сразу определить тебе полочку по интересам и поставить туда. Зачем?

Такой «расфасовки» трудно избежать. Вот у вашего героя-писателя по имени Влад (его исполняет Дмитрий Шевченко) на стене весит портрет Беккета. Таким образом вы его тоже определяете. Вы могли бы цитировать самого Влада, чтобы зрители составили собственное представление о его творчестве. Но вы предпочитаете повесить портрет Беккета, чтобы указать на ориентиры Влада. Или Беккет там с другой целью?

Если бы я стал цитировать Влада, зрители отвлеклись бы на оценку его творчества. Всегда проблематично показывать творческую личность. Кажется, что рано или поздно придется предъявить плоды его стараний, а это может разочаровать, поскольку вкусы у зрителей разные. Поэтому я счёл полезным для фильма больше заниматься самим героем, а процесс написания романа и сам результат давать фрагментарно, чтоб каждый имел возможность вообразить именно тот роман, который ему бы хотелось.

Но Беккет тоже может кому-то не нравиться, что влияет на интерес к герою.

Беккет был выбран не для того, чтобы указывать ориентиры героя. Сам портрет его интересен. Лицо… Даже если не любить его пьес и романов и вообще ничего о нем не знать, лицо Беккета, испещренное морщинами, всё равно будет приковывать взгляд. У него глаза умудрённого жизнью человека.

Когда мы говорили о существовании актёров в кадре, вы упомянули Брессона, но, как известно, он редко приглашал актеров, предпочитая работать с непрофессионалами. Вы же в свой фильм приглашаете очень известных людей театра, профессионалов высшей пробы.

Да, Брессон работал с непрофессионалами. Более того, он считал, что один человек может появляться в кино только один раз. Он полагал, что если зритель узнает в герое фильма человека, которого раньше видел, например, в другой картине, то исчезнет доверие к происходящему на экране. Но ведь доверительные отношения могут выстраиваться по-разному… Я действительно пригласил актёров, которые успешно работают в театре. Это Галина Тюнина, Юрий Степанов, Екатерина Гусева, Вячеслав Гришечкин и исполнители главных ролей - Дмитрий Шевченко и Жанна Эппле. Все эти имена хорошо известны публике. Что тут можно сказать? Для меня всегда очень важен личностный момент. В выборе актёров всегда есть что-то магическое, иногда кажется, что сама судьба тебя сталкивает именно с этим человеком. Мне представляется полезным, когда я забываю, что передо мной актёр, уже сыгравший разные роли, даже может быть очень удачные. Я не сторонник актёрских проб в том виде, в котором они чаще всего сейчас проводятся. Когда приходит на первую встречу волнующийся, а пуще того зажатый актёр, от которого хотят добиться спонтанных эмоций, или что ещё ослепительней, зачастую просто выхватывают из сценария самый кульминационный момент и просят это ненавязчиво проиграть. По-моему, это больше говорит уже о самих режиссёрах, предлагающих подобное. Как только актёр отважиться на то, чтобы быть самим собой, а не прикрываться наработанными штампами, (даже может быть очень соблазнительными, с точки зрения внешней эффектности), тогда есть шанс, что проступит сущностное в человеке-актёре, то, что составляет и делает уникальным каждого. Именно в этом смысле, актёрская профессия может быть штучной и неповторимой, но для этого нужны определенные условия, время, и, прежде всего творческие устремления самих актёров Про актёров, с которыми посчастливилось работать мне, я могу говорить только в превосходной степени и с чувством благодарности. Каждый из них таит в себе очень мощный потенциал, и я хотел бы, чтобы этот потенциал раскрылся максимально, чтобы они были востребованы как можно дольше и что самое главное, чтобы эта востребованость приносила им самим подлинное удовлетворение и радость. Кинематограф, на мой взгляд, это во многом искусство наблюдения. Когда через внешние проявления можно раскрыть суть вещей, через видимое выразить невидимое и актёры в этом смысле могут выступать своего рода медиумами, соединяющими разные миры. Можно, конечно, как Флаэрти, уехать к эскимосам и жить с ними, чтобы доподлинно запечатлеть происходящее, а можно подмечать какие-то жизненные ситуации и в своём окружении, ведь человек ? везде человек и доминантой всегда будет оставаться искренность его порывов.

Не накладывает ли стремление к искренности определенных ограничений на тематику? Естественно, что среди всяких экзотических народностей проще найти ту непосредственность, которую давно утратила западная цивилизация. Вот режиссер и колесит по свету в поисках подлинной искренности. А если берется снимать своих, то вынужден брать сюжеты с истериками, идиотами, семейными скандалами и прочими крайностями, в которые скатилась датская «Догма».

Искренность не самоцель, но без неё трудно добиться цельности, объёма, особой убедительности. Если ты сам себе не веришь, то как в это поверят остальные? Сомневаюсь, что у племенных народностей искренности больше, мы просто плохо знакомы с их жизнью и ритуалами. Там, где нас умиляет непосредственность, на деле может проявляться строго регламентированное поведение. Что же касается «Догмы», то она интересна другим, во всяком случае, для меня. Это всё-таки кино про людей, а не про персонажей модных комиксов, хотя такое кино мне тоже интересно. Кроме того, датчане высчитали рентабельность своих фильмов. Оказалось, что фильмы просто обязаны быть финансово приемлемыми, иначе даже абсолютный кассовых хит будет убыточен.

Вы сами написали сценарий, сами продюсировали фильм, сами монтировали и т.д. Это тоже влияние экономических условий или сознательная установка?

По-моему, контролировать свое произведение на каждом этапе – вполне нормальное желание. Иначе можно погрязнуть в самооправданиях. Убедить себя, что все сделал правильно, но продюсер попался несговорчивый. Или актеров заставили взять раскрученных, а не тех, что подходили. Так можно долго обманывать самого себя. А что в итоге? Ни одного фильма, за который не стыдно. В настоящий момент развитие цифровых технологий позволяет автору фильма стать его подлинным, тотальным автором, что сопоставимо с той степенью авторства, которая есть у писателя, живописца или композитора. Лет десять назад, представить себе такое было бы невозможным и сейчас, это как раз тот случай, когда технологии помогают в творчестве, избавиться от мешающих пут и почувствовать себя немного свободнее.

И все же, откуда взяться искренности, если мы живем в обществе, которое сознательно ее избегает? Все мы носим маски, все понимаем их полезность.

Мы носим маски. И не одну. Мы не замечаем, как меняем их в зависимости от окружения, обстановки, собеседников. В моменты перехода от одной маски к другой может мелькнуть подлинное лицо и этот момент желательно не упустить, если вам это важно конечно…

Главный герой – писатель. Для Вас это что-то определяет?

Думаю, что да. Человек, который творит реальность на бумаге, в определенный момент жизни начинает жить по тем же законам, по которым он создает свои романы. В этом смысле реальность рано или поздно встречается с вымыслом, результат этой встречи чаще всего трагичен. Можно вспомнить опыт Мисимы, когда человек сознательно организует свою реальность и как финал – эффектный уход из неё.

Вы оправдываете своего героя?

Осуждать или оправдывать ни есть верно. Пушкинское «…и милость к падшим…» здесь более уместно. История человека, это путь ошибок и заблуждений, и мы, пытаясь осмыслить содеянное, не замечаем, что в этот же самый момент заблуждаемся по-новой.

Трагедии часто отпугивают зрителя, Вас это не смущает?

Нет. Трагичный финал может быть тем благодатным, а зачастую и необходимым пеплом, из которого возрождается что-то новое. Найдутся ли силы для этого возрождения – каждый решает и дает ответ своей жизнью, даже если это происходит неосознанно. Чтобы что-то началось, что-то должно закончиться…


TATA STUDIO
EESG (East-European Sarcoma Group) Форум Помоги делом