TATA STUDIO

TATA STUDIO
Фильмы
Проекты
Саундтреки
Трейлеры
Фестивали
Персоналии
Пресса
Киноресурсы

«Русский курьер»
14 февраля 2005

Оригинал статьи

Постельные сцены под Щитом Минервы

В Центральном Доме кино прошел Первый фестиваль фильмов, снятых на видео - «Золотая середина», учрежденный Союзом кинематографистов и Гильдией киноведов и кинокритиков России.

Видеокино начало развиваться совсем недавно, по мере того, как становилась доступной съемочная аппаратура, дающая столь качественную запись, что ее можно транслировать по ТВ и проецировать на большой экран. Теперь, вложив несколько тысяч долларов, каждый может стать кинорежиссером и предлагать свой продукт телекомпаниям и кинофестивалям всего мира. Дальнейшее зависит только от таланта - этой категории еще никто не отменял.

На прошедшем фестивале вниманию публики было предложено около 30 лент, снятых в последние годы и довольно отчетливо делящихся на несколько групп. Картины первого типа можно назвать коммерческими – они изначально были сделаны для телепоказа и нацелены на максимально широкую аудиторию - например, «Супертеща для неудачника» Елены Райской, «За двумя зайцами» Максима Паперника, «Француз» Веры Сторожевой, «Янтарные крылья» Андрея Разенкова, «Женская интуиция» Оксаны Байрак, «Как бы не так» Максима Пежемского и другие. Все это жанровые картины – комедии, мелодрамы или «криминалки», предлагающие зрителям полусказочную систему условностей, облегченный режим просмотра (под девизом «Только не думай!») и непременный хэппиэнд со слезой и поцелуем. Как правило, их художественное качество находится в обратной зависимости от величины реальной аудитории, т.е. от рейтинга. Ничего удивительного в этом нет – самым большим успехом всегда пользовались и будут пользоваться самые глупые шутки, самые сентиментальные сюжетные повороты и самые ненатуральные бандиты. Кинематограф вышел одной ногой из научно-технической лаборатории, другой – из площадного балагана, так что припечатывание тортов к физиономиям, скатывания с лестниц, исцеление незрячих и парализованных, узнавания родных детей в неизвестных оборванцах или богачах, сближения принцев с нищими, раздачи бедным награбленного у богатых добра и взаимопревращения дьяволов и ангелов будут производить необходимый эффект во все времена и на все народы. И везде – деньги, деньги, деньги. Мудрено ли, что во «Французе» в бедную провинциалку влюбляется заезжий иностранец, оказывающийся – ах! – миллионером, в «Женской интуиции» одинокую гувернантку полюбляет двухметровый бизнесмен с тугими бицепсами и еще более тугим кошельком, в «Янтарных крыльях» (и в «Годе лошади – Созвездии скорпиона» Натальи Наумовой, снятом на кинопленку) наградой для очень скромных и не слишком юных героинь становится неизменный Ивар Калныньш, а в «Как бы не так» главным героем (как в фильме «Сматывай удочки», чьей навязчиво-отвязной рекламой облеплена вся Москва) оказывается чемодан зеленых. А почему бы и нет, если те же эквиваленты тех же чемоданчиков являются истинными героями бесчисленных телеигр?

Куда меньший успех ожидает фильмы, авторы которых ставят перед собой сколько-нибудь значимые художественные задачи. Как, например, Сергей Лялин в «Играх взрослых девочек». Сюжет - расхожий для западного кино, но все еще вполне свежий для российского: бездетная пара хочет иметь ребенка, и одинокая подруга семьи соглашается выносить их зародыша, т.е. оплодотворенную яйцеклетку. Вариантов подачи материала – множество: от комедии до драмы и далее до триллера. Режиссер выбирает трех хороших актеров – Евгения Сидихина, Викторию Толстоганову и Любовь Толкалину и разыгрывает настоящую психологическую драму, которая после рождения ребенка начинает щекотать нервы зрителя не хуже фильма ужасов, поскольку суррогатная мать входит в роль, пытается отстранить биологических родителей от ребенка, похищает его и т.д. В камерной атмосфере фильма разливается безумие, причем совершенно неподдельное; ситуация начинает казаться безвыходной, а когда все разрешается благополучно (до следующего припадка?), возникает такое ощущение, будто проснулся после кошмарного сна. Иными словами, постановщик обнаружил тонкое умение играть на нервах (они же чувства) зрителей, не форсируя эмоций и не брызгая им в глаза с экрана луковым соком.

В еще большей степени слово «искусство» относится к «Щиту Минервы» Сергея Ткачева и «Постельным сценам» Кирилла Серебреникова – картинам во многом новаторским. По обеим видно, что режиссеры воспринимают кадр как произведение, в котором расположение цветов и масс взятьвыполняет смысловые и эстетические задачи (у первого – в большей степени живописные, у второго – смысловые). Оба фильма весьма изобретательны в сюжетных построениях - «Постельные сцены», к примеру, сцеплены, как звенья замкнутой цепи и напоминают «венок сонетов», а «Щит Минервы» - одновременно фильм и роман, который пишет главный герой, прикидывающийся для своей жены парализованным, чтобы она его не бросила, и при этом трахающий сиделок). Замечательны режиссерско-операторские решения ряда эпизодов – к примеру, у Серебреникова многие из них как бы подсмотрены зрителем, попадающим в положение невольного соглядатая, а у Ткачева отменно придумана сцена насилия, в которой работает классический прием pars pro toto (часть вместо целого) – и вместо тел мы сквозь проем двери видим лишь кисти рук, по сплетениям которых угадываем фазы борьбы. В целом обе картины отличает жесткий взгляд на человеческую природу, российскому кино ранее несвойственный («Скверный анекдот» Алова и Наумова так и остался исключением), причем если у Ткачева он еще сдобрен иронией, то у Серебреникова, как и у его чешского собрата Петра Зеленки («Пуговичники») не смягчается ничем, кроме изысканной формы, в которую облечены эти мизантропические этюды.

Третья разновидность видеофильмов – «авангард» протяженностью от трэша до радикальной самодеятельности и весьма брутальных киноэкспериментов. Взять хотя бы «Пасеку» Андрея Кагадеева и Николая Копейкина. Что делать умному режиссеру, понимающему, что его исполнители – плохие актеры? Превратить недостаток в достоинство, т.е. заставить их играть столь гротескно и шаржированно, чтобы «прошибить» даже завзятого эстета. В сущности, это сознательный «кэмп» - когда «так плохо, что даже хорошо». Так же сделаны «Геополипы» - ряд гротескно-кичевых историй про великих мира сего, включая М.Цзе-дуна, Д.Буша и В.Путина, которых изображают пародийно похожие на них натурщики. Некоторые моменты очень хороши, как, например, передача распоряжения вниз по иерархической лестнице, от «Путина» к «Касьянову», от «Касьянова» к «Матвиенко» и т.д. вплоть до какого-то завхоза, причем тот, кто принимает команду, на мгновение обретает мышиную голову (привет от Алена Рене – «Мой американский дядюшка»). Или взять «Голову» Светланы Басковой – не самую крутую ленту «параллельщицы» Светланы Басковой, обычно вставляющей в свои ленты такие моменты, от которых может стошнить и крепких мужиков – экзистенциальную драму на новорусско-помоечном материале, посмотрев которую, Беккет с Ионеско мог бы отдохнуть на ближайшей куче мусора. А «Рай» Владимира Мосса, где лица душевнобольных во весь экран начинают казаться ликами святых, оправдывая библейское изречение о том, что «блаженны нищие духом» ибо им уготовано царствие небесное?

Возможности компьютерной обработки изображений, позволяющие скрыть недостатки натурных съемок и непрофессиональной игры открывают перед создателями видеокино широкие перспективы, в том числе по совмещению анимации с игровым кино. Вопрос лишь в скорости подешевения соответствующих технологий, да в уже поминавшемся таланте. А также в его сестре краткости, поскольку видео избавляет авторов от необходимости следить за расходом пленки и способствует развитию болезни, которую можно назвать видеореей, т.е. непроизвольным истечением видений.

Виктор Матизен


TATA STUDIO
EESG (East-European Sarcoma Group) Форум Помоги делом